Она ищет серьёзные отношения, он — просто компанию. Как долго продлится их «ситуация»?

В лондонском баре 35-летний Чак, только что расставшийся с невестой после двенадцати лет отношений, знакомится с 23-летней бариста Джоуи. Он обещает себе молчать, но тут же вываливает на неё историю своего разрыва. Она, пытаясь казаться «лёгкой», подыгрывает: «Это как садиться в самолет — сначала багаж». Ночь заканчивается провалом в постели, неловкими прощаниями и уверенностью обоих, что они больше не увидятся. Но им обоим скучно, он — безработный или почти безработный копирайтер с амбициями «креативщика», у неё — двадцать три года и полное отсутствие жизненного опыта в отношениях. Так начинается классическая «ситуация» — серая зона между случайной связью и отношениями, где один всегда хочет большего, а другой — ровно столько, чтобы не чувствовать себя одиноким.

Калдер чередует главы от лица каждого персонажа, и в этом кроется главная ирония книги: перед нами два совершенно разных романа в одной обложке. Джоуи видит в Чаке перспективу: большой уютный дом, возможность реализовать себя как поэта, человека, который, кажется, знает, о чём говорит. Чак же видит в Джоуи удобную аудиторию: молодую, впечатлительную, достаточно неуверенную в себе, чтобы соглашаться с его сомнительными жизненными максимумами. Он не друг, как выясняется, а алкоголик, который теряет работу, падает в обморок в душе и врёт ей о повышении. Она же, в свою очередь, настолько хочет удержать иллюзию, что на первом свидании ставит себе внутреннюю задачу «соглашаться со всем, что скажет Чак». Эта игра в удобные самообманы — главный двигатель сюжета.

Название романа — «I Want You to Be Happy» — это классическая фраза для болезненного расставания. И это отличная метафора происходящего. Чак хочет, чтобы Джоуи была счастлива, но только при условии, что это счастье не потребует от него реальных усилий, обязательств или даже банальной трезвости. Джоуи хочет, чтобы Чак был счастлив, лишь бы это счастье включало в себя их совместное будущее. Каждый из них в этой пародии на эмпатию использует слова не для связи, а для успокоения собственной совести. Калдер, уже показавший в своём сборнике рассказов «Reward System» умение подмечать, как люди говорят не то, что чувствуют, а то, что должны, доводит эту технику до абсолюта.

Самое убийственное наблюдение автора — это способ героев избегать прямых разговоров. Чак может часами рассуждать о том, что кнопки на пешеходных переходах — «плацебо, символизирующее культовую индивидуалистическую фантазию», но не в силах сказать: «Я боюсь близости». Джоуи, в свою очередь, анализирует каждый его жест, строит планы на совместную квартиру, но молчит о том, что её главная потребность — быть выбранной. Роман длится ровно до того момента, пока их фантазии не сталкиваются с реальностью. И как только иллюзия даёт трещину, вся конструкция «ситуации» рушится под тяжестью недосказанности и разной степени эмоциональной зрелости.

Калдер не случайно делает Чака графоманом, который пишет роман о персонаже, «чья жизнь тонко напоминала его собственную, описывая те опыты, которые он редко видел в современной литературе». Это зеркало самого автора: он искренне пытается рассказать историю о неловкости, неспособности к любви и алкоголизме, но, как и его герой, часто не находит нужных слов за пределами сарказма. «I Want You to Be Happy» — это, возможно, не великая литература, но до ужаса правдивое исследование того, как двое незнакомцев медленно, вежливо и с улыбкой уничтожают друг друга, думая, что делают всё для общего блага. Хуже разбитого сердца бывает только осознание, что ты в нём был не главным героем, а всего лишь удобной функцией в чужой жизни.