Главная травма НФЛ исчезла из Madden: куда пропали сотрясения

Самая реалистичная спортивная видеоигра в мире воспроизводит Национальную футбольную лигу до мельчайших деталей: фирменные замахи квотербеков, татуировки, новые схемы коротких розыгрышей, даже движения рук при пасе. Девиз EA Sports когда-то обещал: «Если это есть в игре, это есть в игре». Но одно из самых частых явлений реального футбола из игры исчезло. Сотрясений мозга в Madden не существует. При этом вывихи плеча, переломы рёбер и растяжения лодыжек остались в полном объёме — виртуальные футболисты по-прежнему могут получить повреждение, доковылять до боковой линии и решить, продолжать ли матч.

Так было не всегда. В Madden 12, вышедшей в 2011 году, игрок с подозрением на сотрясение обязан был покинуть поле для проверки, а комментаторы вслух обсуждали серьёзность травмы. Джон Мэдден, чьё имя носит серия, тогда прямо заявил: если герои игры будут «переигрывать» через сотрясение, юные болельщики не поймут опасности. Но к концу десятилетия обстановка изменилась. Самоубийство Джуниора Сео, у которого посмертно нашли хроническую травматическую энцефалопатию; коллективный иск тысяч бывших игроков, обвинивших лигу в замалчивании рисков; выплата полутора миллиардов долларов; наконец, громкий фильм о разоблачении болезни. НФЛ, у которой налажена ежегодная система «проверки качества» игры, не осталась в стороне, и постепенно из Madden исчезли не только сотрясения, но и любые намёки на них.

Вернуть их взялась модификация, созданная медицинской маркетинговой компанией Klick Health вместе с фондом Дерека Шили. Мод для компьютерной версии Madden 26 включает не символическую отметку, а настоящие симптомы: расплывчатое зрение, светобоязнь, тошноту, головокружение, шум в ушах, одышку и учащённое сердцебиение. Экран качается, и продолжать игру становится физически трудно. Дерек Шили — фуллбек университета Фростбург, получивший смертельную травму головы на тренировке в 2011 году. Ему было 22 года. После его смерти семья добилась компенсации в 1,2 миллиона долларов, а университет закрепил за ним номер 40. Когда матч в модифицированной игре заканчивается, на экране разворачивается именно этот свитер.

Реакция бывших игроков лиги оказалась сдержанной и показательной. Крис Борланд, ушедший из НФЛ после дебютного сезона из-за опасений за долгосрочные последствия травм мозга, назвал мод полезным для привлечения внимания, но напомнил: сидеть на диване с лёгкой тошнотой и жить с настоящим сотрясением — разные вещи. У него же спросили, добавили ли создатели в игру сцену, где персонаж приходит домой и срывается на жену из-за раздражительности. Бен Ютехт, завершивший карьеру в 2010-м, сформулировал проще: нельзя убирать одну травму, оставляя все остальные. И это замечание бьёт точно: в Madden по-прежнему можно рискнуть и выпустить на поле игрока с ушибом лодыжки, но если удар приходится в голову, игра делает вид, что ничего не произошло.

В этом и кроется главный парадокс. НФЛ в прошлом сезоне официально зафиксировала 168 сотрясений — больше, чем годом ранее, и лига объясняет рост изменением правил, вернувших популярность возврату ударов. Но в официальной видеоигре, проходящей ежегодную проверку лиги, этого явления не существует. Логика подсказывает: показывать сотрясение в игре — не значит пропагандировать его; это значит признать, что футбол бьёт по голове и последствия этого реальны. Мод из девяти тысяч строк кода, охвативший небольшое, но увлечённое сообщество, делает ещё один шаг: он напоминает, что даже самая полная симуляция симптомов не передаёт главного — того, что наступает годы спустя. Раздражительность, провалы памяти, депрессия и разрушенные семьи не станут частью видеоигры, пока за них не возьмётся сама жизнь.